Истории династии Мин. Глава 4

Ранее глава 3

Глава 4. Здесь сделан первый шаг 

Двенадцатый год «Чжичжэн» (1352 год), город Хаочжоу.

Защитник города Го Цзысин в ставке главнокомандующего мучительно пытался придумать, как дать отпор уже давно окружившим стены Хаочжоу монгольским войскам. Иначе долго не продержаться.

И тут вошел с докладом боец, мол, поймали лазутчика, надо бы передать приказ казнить его. Раньше Го Цзысин бы не задавал лишних вопросов, а отдал бы прямой приказ бойцу, убить шпиона, да и все. Но сегодня он вдруг спросил: «А как ты понял, что тот человек – лазутчик?».  Солдат ответил: «Этот человек сказал, что хочет вступить в армию. Сейчас кругом юаньские войска, кому придет в голову присоединяться к нашим войскам. Точно говорю, юаньский шпион».

Го Цзысин чуть не засмеялся. Вступать в армию? Юаньские полчища скоро пробьют стены и ворвутся в город, а этот – вступать в армию. Неумный предлог. Любопытно, надо бы взглянуть на этого лазутчика.

Вскочил на лошадь, прискакал к воротам, увидел необычно выглядящего человека. Говоря сегодняшним языком, у него был ярко выраженный перекрестный прикус, выдающийся вперед подбородок, но более удивительно – выпуклый лоб, по форме напоминающий специальное боевое орудие «лунный зуб». Сверху и снизу выпуклости, посередине вогнутость, такое вот лицо (см. изображения товарища Чжу Юаньчжана)

Этим человеком, конечно же, был наш Чжу Чунба.

Го Цзысин подошел к Чжу Чунба, приказал ослабить путы на нем, спросил: «Ты шпион? Зачем приехал?»

Чжу Чунба спокойно ответил: «Я не шпион, пришел вступить в армию».

Го Цзысин рассмеялся: «В такое время, пришел вступать в армию. Не надо спорить, подожди чуток, казним тебя!»

Чжу Чунба лишь «угу» сказал.

Внимательно посмотрел Го Цзысин в глаза Чжу Чунба, надеясь увидеть в них смятение, нравилось ему раньше так развлекаться.

Но в глазах этого человека была видна лишь невозмутимость.

Не осмелился Го Цзысин  унижать и свысока смотреть на пленника. Очевидно, этого человека не напугать. Спросил он имя Чжу Чунба, его происхождение и историю. Стоило Чжу Чунба рассказать про тысяцкого Тан Хэ и знакомстве с ним, как понял Го Цзысин, что этот человек действительно пришел присоединиться к войску.

Сильное впечатление произвел на него Чжу Чунба, не отдал его в подразделение Тан Хэ, а оставил рядом с собой, сделал его «близким воином» (телохранителем)

В войсках Чжу Чунба быстро проявил свои способности, ведь не сравнить его было с прочими крестьянами-солдатами, особенным был он. Воевал не только смело, но и умно, со стратегией, дела вел хладнокровно, обдумывал их глубоко (обратите внимание на эту особенность), очень хорошо знал, что такое преданность и верность, в опасностях был первым. Завоевало это ему высочайший авторитет. Добавьте сюда помощь его односельчанина Тан Хэ и спустя два месяца он уже стал начальником отряда из девяти человек, десятником, и это была его первая должность.

Теперь начальник телохранителей Го Цзысина, Чжу Чунба оказался весьма на своем месте. Не был он похожим на других бойцов, не стремился к богатству, а полученные боевые трофеи каждый раз отдавал Го Цзысину, премии и награды делил между товарищами по оружию. Талант, он самостоятельно выучил некоторые иероглифы, проблемы анализировал абсолютно верно: Го Цзысин постепенно стал считать его своим мудрым советчиком, место Чжу Чунба в армии становилось все более важным и заметным.

В этот период Чжу Чунба изменил свое имя на Чжу Юаньчжан. «Чжан»  – заостренное оружие из нефрита, «малый скипетр». А если первый иероглиф Чжу записать по-иному, то и смысл изменится. «Чжу Юаньжан», «оружие, карающее Юань», таким себя видел Чжу Чунба.  Это оружие юаньские владыки сами выковали против себя. В последующие двадцать лет страшиться будут они этого имени.

«Тан Хэ»

В армии Тан Хэ считался неординарным человеком. Когда Чжу Юаньчжан только вступил в армию, Тан Хэ уже был тысяцким, но Чжу Юаньчжана уважал он сильно. В лагере частенько люди видели необычное зрелище: находившийся гораздо-гораздо выше по должностному положению Тан Хэ, идя вместе с бойцом Чжу Юаньчжаном, всегда держался позади него, и наплевать на то, как другие смотрят. Еще более необычно было то, что, похоже и Чжу Юаньчжан сам считал это положение дел нормальным, никогда не пытался его поменять.

Нельзя не восхищаться дальновидностью Тан Хэ. Он знал, что Чжу Юаньчжан отнюдь не тварь дрожащая, говоря сегодняшним языком, был крайне практичен. Убежден, что именно это преимущество позволило ему выжить в будущих кровопролитиях.

Чжу Юаньжан и женился в армии. Его супруга, если сравнивать с будущими наложницами и любовницами, можно сказать, была одним из ключевых факторов его успеха. Это была приёмная дочь, воспитанница, Го Цзысина, ее настоящего отца звали Ма, он был другом того. Умирая, поручил дочь Го Цзысину. Имя девочки в войсках не знали, так и называли ее, «девушка Ма». Таким образом Чжу Юаньчжан стал зятем главнокомандующего, а Го Цзысин приобрел помощника.

Мы можем лишь представить радость в душе Чжу Юаньчжана, наконец-то у него появилась собственная семья, он больше не тот одинокий Чжу Чунба, о котором никто не заботится и которым никто не интересуется. А теперь, голоден он – его кормят, холоден – ему дают одежду. Как хорошо иметь семью! Эти чувства сопровождали его долгие годы.

В этот период Чжу Юаньчжан вырос до «заведующего» войсками, примерно вроде как стал главой канцелярии повстанческой армии. Работу делал неплохо, к растратчикам и расхитителям был принципиален, сам блюл строгую дисциплину, так что никто ему ни слова не мог вымолвить. Продолжал бы так и далее, вполне вероятно стал бы выдающимся главным финансовым управляющим. Но небеса не дали ему возможности жить в комфорте. Вскоре ему предстояло столкнуться с трудностями.

Главной проблемой было социальное происхождение Го Цзысина. Он был не крестьянином, а помещиком (и совершенно непонятно, почему же он придумал бунтовать); а в верховном главнокомандовании Хаочжоу кроме него было еще четыре человека, возглавляемые Сунь Дэя, все – крестьяне. Глубокие противоречия были между ними и Го Цзысином .

Противоречия вскоре взорвались конфликтом. Однажды Го Цзысин прогуливался по улицам Хаочжоу, как вдруг неизвестные напали и похитили его. Похитители как будто и не интересовались выкупом, лишь избили до полусмерти Го Цзысина да заперли его. Чжу Юаньчжана известия о произошедшем ошарашили, он моментально рванул домой к Сунь Дэя. Сунь Дэя начали притворяться, изобразил удивление, хотел даже отправиться на поиски Го Цзысина, начал говорить разные слова о смертельной ненависти к похитителям, в общем полностью проявил таланты актера-любителя.

Но стоило лишь Чжу Юаньчжану привести к Сунь Дэя участвовавших в избиении солдат, да сказать Суню, мол, все расхищенные тобой средства, растраченные деньги, обо всем знаю, что делать будем… Так вытащил из подвала дома Суня Чжу Юаньчжан полумертвого Го Цзысина. И понял Чжу Юаньчжан, что не по пути ему с этими людьми, нет у них будущего.

Го Цзысину же тоже, чем дальше, тем сильнее надоедал Чжу Юаньчжан. Причина проста, Чжу Юаньчжан оказался сильнее. А Го Цзысин, с его взрывным характером, с непримиримостью, конечно, не мог мириться с существованием возле него человека, способного занять его место. Так что в один прекрасный день запер он Чжу Юаньчжана. Добивать лежачего – отличная традиция у некоторых людей, а сын Го Цзысина был одним из этих некоторых. Велел он охранникам не пускать передачи с едой Чжу Юаньчжану, хотел уморить того с голоду. Добрая «девушка Ма», спасая Чжу Юаньчжана, прятала только-только испеченные лепешки у себя на груди, приходила к тюрьме, чтобы встретиться с мужем, тайком передавала ему еду. Каждый раз обжигала грудь, но каждый раз приносила.

Имея такую жену, чего еще может желать ее супруг.

Го Цзысин не хотел убивать Чжу Юаньчжана и в конце концов выпустил его. Пережив это испытание Чжу Юаньчжан принял решение – порвать с этими ограниченными людьми. Подал Го Цзысину прошение выступить в поход с бойцами, и тот с радостью его удовлетворил.

Так начиналось правление Чжу Юаньчжана. Началось и больше не прекращалось.

Здесь сделан был первый шаг на этом пути.

Чжу Юаньчжан получил приказ атаковать родные места Го Цзысина, Динъюань. В этом проявился недобрый характер его тестя: Динъюань охранялся мощным войском, и то, что Го Цзысин отправил туда Чжу Юаньжана означало то, что видеть живым он его больше не хочет. Но Чжу Юаньчжан – это Чжу Юаньчжан, нашел он лазейку, напал на Динъюань, успел уйти до того, как монголам пришла помощь. По пути атаковал Хуайюань, Аньфэн, Ханьшань, Хунсянь – четыре битвы, четыре победы, неудержимый!

Набирая (а может быть и угоняя) рекрутов себе в войско, Чжу Юаньчжан пришел в Чжунли (к востоку от нынешнего Фэнъян в провинции Аньхой), в родные края его предков. Здесь к нему в поисках работы пришли 24 человека.

Качество этих 24 людей было высокое, среди них был, к примеру, предсказатель судьбы Чжоу Дэсин, или несомненно заслуживший звания «первого генерала Поднебесной» Сюй Да.

Среди этих людей были и родственники, молва быстро распространилась, дядья, племянники со всех стороны, все прибежали. И очень скоро его отряд вырос до 700 человек.

Когда Чжу Юаньчжан вернулся в Хаочжоу, он уже полностью понимал свои перспективы, так что подал Го Цзысину прошение об отставке. Го Цзысин рад был сильно, наконец-то этот надоедливый тип уйдет куда подальше.

Перед уходом Чжу Юаньчжу сделал еще одно удивившее всех дело: из своих семиста человек выбрал двадцать четыре, а оставшихся передал Го Цзысину. Хоть тот и был в недоумении, но с удовольствием принял этих людей.

Этот поступок Чжу Юаньчжана можно расценить как работу по отбору чиновников на госслужбу. Конкурс – 30 человек на место, письменных экзаменов нет, а экзаменатор – сам Чжу Юаньчжан и его кругозор.

Выбор его оказался очень точным. Посмотрите на эти имена: Сюй Да, Тан Хэ, Чжоу Дэсин. Эти двадцать четыре человека впоследствии стали высокопоставленными чиновниками династии Мин.

Танский Хуан Чао после провала на экзаменах встал перед городскими воротами Чанъани, отбросил печаль, исполнился воодушевления и написал ставшее знаменитым стихотворение “Хризантема”

“Девятым месяцем восьмым числом наступит осень,

Падут пред красотой моих цветов иных соцветий сотни.

Заполнит улицы Чанъани небесный аромат,

И в град придет в златых доспехах армия солдат”

Через несколько лет он, во главе армии в сто с лишним тысяч бойцов, ворвется в Чанъань.

А Чжу Юаньчжан, стоя перед городскими воротами Хаочжоу, смотрел на пошедших за ним 24 человек. Он знал: шаг сделан, и теперь он и его отряд будут либо наголову разбиты, либо положат начало новому правлению.

Он смотрел на небо, пусть и затянутое мрачными облаками. Принесет ли удачу сделанный в такое время выбор, вновь задумался он о том незадачливом гадании.

Небеса были такими же, когда умирали его родители, когда он тяжело трудился в монастыре, когда он ночами горько плакал.

Не изменилось ничего, кроме него самого.

“Распустятся бутонов сотни, мой лишь спит,

Проснется если он, то страхом будет всяк убит.

В сраженьи с западом добиться чтобы успехов,

Все тело облачу в златой металл доспехов.”

Ничто мне не помешает, начнем с этого места.

В путь!

One thought on “Истории династии Мин. Глава 4

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google photo

You are commenting using your Google account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.